Содержание
Об охотничьих ресурсах
На завершающем заседании Ярославской областной думы седьмого созыва депутаты утвердили изменения в закон «Об охотничьих ресурсах». Согласно им, теперь в регионе можно будет охотиться на чаек и ворон. С инициативой выступило правительство Ярославской области. Основание для принятия закона, по словам его авторов – профилактика распространения птичьего гриппа.
— Интереса как дичь они из себя не представляют. Но несут урон дичи, на которую охотятся, — поедают яйца, детенышей. Плюс заразу разносят. И охотники их попутно будут отстреливать в охотничьих угодьях. Грубо говоря, получают лицензию на пять уток, им вменяют еще двух-трех ворон, трех чаек.
Заместитель председателя правительства Ярославской области Денис Хохряков.
Впрочем, претензии к одной из символических птиц нашего региона были высказаны не только по поводу распространения ОРВИ. Как пояснил заместитель председателя правительства Ярославской области Денис Хохряков, вороны и чайки несут урон дичи, поедают яйца других птиц, охотятся на птенцов и детенышей…
Предполагается, что охотники смогут получить специальную лицензию, которая позволит им отстреливать чаек и ворон в «безлимитном» режиме – сколько патронов не жалко. Слов нет, инициатива эта назревала давно. Каждый, кто в три часа ночи просыпается под истошные крики пернатых, сам готов встать на защиту своего мирного сна с оружием, как минимум, шестнадцатого калибра. Причем чайки оккупировали не только территории, близкие к крупным водоемам, но и промышленные районы крупных городов.
Где ловить чайку?
Зато в лесу, как глаза не напрягай, не часами не встретишь ни чайку, ни ворону. Отсюда возникает естественный вопрос: где предполагается охотиться на чаек и ворон? В городе нельзя не только стрелять, но даже и расчехлять оружие – которое, к тому же, должно находиться в разобранном виде. В природных ландшафтах нет объекта для охоты. Второй вопрос не менее естественный, но отчего-то наша Дума даже не сумела его сформулировать: отчего вопрос о засилии некоторых видов птиц возник именно сегодня? Почему, к примеру, чайки и вороны, пусть и живущие в городах, не так досаждали населению еще каких-нибудь полтора десятка лет тому назад?
Все синантропные (существующие рядом с человеком) животные меняют свой обычный образ жизни именно потому, что в новых условиях им проще прокормиться, – объяснил этот феномен ярославский орнитолог Сергей Голубев.
– Чайки в этом смысле не являются исключением. И если их становится больше, другого объяснения, кроме увеличения кормовой базы, подобрать невозможно.
Ярославский орнитолог Сергей Голубев.
Скорее всего, это связано с тем, что контейнерные площадки, где складируются пищевые отходы, становятся для них все более доступными. Кстати, отстрел таких птиц не даст ожидаемого эффекта: экологическая ниша пустой не бывает. Если мы проведем эксперимент и предположим, что чайки и вороны каким-то чудом исчезли, то их место займут галки, голуби, те же утки, которые все больше обживаются в городских ландшафтах.
Хартия чаек и мусора
А теперь самая пора вспомнить, что с первого сентября 2018 года сбор всех отходов с контейнерных площадок осуществляет единый региональный оператор – ООО «Хартия». Еще до начала ее работы мэр Ярославля (тогда им был Владимир Слепцов) высказывал определенные опасения по поводу того, кто будет поддерживать порядок на контейнерных площадках. Если до «мусорной» реформы этим должны были заниматься муниципальные службы и управляющие компании, то после ее проведения сложилась парадоксальная ситуация. С одной стороны, все, что находится в контейнерах, обязан вывозить на полигон региональный оператор. А в чьей ответственности находится мусор, который по какой-то причине или не попал в контейнер, или оттуда выпал? «Хартии» вроде бы, он не принадлежит. Но и управляющие компании заниматься им не обязаны – им, по крайней мере, после осуществления мусорной реформы, это не оплачивают.
В общем, пока власти определялись, кому принадлежит «внеконтейнерный» мусор, его активно «подбирали» те самые вороны и чайки. Кстати, не только они: количество жалоб ярославцев на увеличившееся поголовье крыс тоже возросло многократно.
Что изменила мусорная реформа?
Можно взглянуть на вопрос и шире: а что, собственно, изменила «мусорная» реформа? Улучшилась сепарация мусора? Да вряд ли: в специализированные под непищевой мусор оранжевые контейнеры население с удовольствием валит все подряд. А что ему предъявишь? За те деньги, что сегодня платит среднее домовладение по статье «вывоз мусора» оператор обязан сам отделять мух от котлет, а стекло – от банановой кожуры. Ухудшился доступ к тому мусору, что собирается в контейнерах? Тоже – мимо: большая часть контейнерных площадок смонтирована таким образом, что открывшаяся полностью крышка контейнера зарывается только экипажем «Хартии» при вывозе очередной партии мусора. В промежутке контейнер остается «кормушкой» для чаек, крыс, ворон и прочих голубей.
Понятно, что наши руководители решили скопировать международный опыт. Как это часто бывает при реализации любой заимствованной стратегии, дело сгубила половинчатость. Понятно, что «половину опыта» скопировать невозможно. Кроме того, наша система сбора отходов, сложилась еще в советские времена. До сих пор контейнерная площадка – место сбора ТБО для нескольких домов. Тогда как в странах, где осуществляется раздельный сбор отходов, преференции за сепарацию мусора получают жильцы каждого конкретного дома. Значит, необходимо сначала реформировать многие положения сферы ЖКХ, обозначить зоны ответственности, разработать новые схемы маршрутизации мусора и создать механизмы мотивации населения для его раздельного сбора.
По сути, все, что сегодня сделало «Хартией» в Ярославской области из этого списка – работы по модернизации полигона «Скоково». При том, что стратегической целью системы раздельного сбора мусора должна стать ситуация, когда полигоны становятся не нужны в принципе.
Напоминаем, что в начале реформирования фирму «Хартия» возглавлял Игорь Чайка – младший сын экс-министра юстиции и бывшего генерального прокурора РФ Юрия Чайки. Уже тогда руководитель единого регионального оператора подвергался серьезной критике – в первую очередь за явно завышенные тарифы для населения. Тарифы с тех пор меньше не стали, инвестиции в отрасль, о которых так много говорили бывшие руководители области, тоже не бьют фонтаном. Остались только чайки – как напоминание о том, кому жители региона должны быть благодарны за возможность безлимитно поохотиться на пернатую дичь. И слово «дичь» в этой фразе звучит, как минимум, в двух контекстах.
